Afət Ziyadqızı
Стремительное развитие социальных сетей дало каждому возможность распространять информацию, однако этот процесс сопровождался размыванием границ между профессиональной журналистикой и активностью в социальных сетях, а также ростом числа оскорблений, клеветы и дезинформации. Вмешательство в частную жизнь и безответственное поведение под прикрытием свободы выражения мнения ставят на повестку дня необходимость механизмов регулирования цифрового пространства.
В чём главное различие между профессиональным журналистом и активистом в социальных сетях и как сохранить баланс между правовыми нормами и свободой выражения мнения в цифровой среде?
На вопросы «Оперативный Информационный Центр-OMM» ответил член правления Совета прессы, медиаэксперт Мушфиг Ализаде:
— Господин Мушфиг, сегодня многие пользователи социальных сетей представляют себя источниками новостей или журналистами. Где начинается и заканчивается главное различие между ответственностью профессионального журналиста и активиста в социальных сетях?
— В деятельности пользователей социальных сетей и представителей профессиональных СМИ есть как сходства, так и различия. Социальные платформы дают каждому возможность распространять информацию и участвовать в общественных дискуссиях, что положительно сказывается на разнообразии альтернативных источников. Однако распространение информации автоматически не наделяет человека статусом журналиста и не возлагает на него профессиональную ответственность.
У профессионального журналиста есть как права, так и обязанности. Он должен не только искать информацию, представляющую общественный интерес, но и проверять её, изучать позиции разных сторон, отличать факты от мнений, уважать частную жизнь и исправлять ошибки. Основной принцип журналистики — предоставлять обществу достоверную, точную и надёжную информацию. На активиста в социальных сетях такие обязательства не возлагаются: для него на первом месте личная позиция и суждения, а не объективность и общественный интерес.
— В случаях оскорблений, клеветы и вмешательства в частную жизнь часто приводят аргумент о «свободе слова». Какие эффективные способы повышения ответственности в цифровом пространстве вы видите, не ограничивая свободу выражения мнения?
— Независимо от того, является ли человек журналистом или активистом в социальных сетях, каждый, кто распространяет общедоступную информацию, должен соблюдать законы. Свобода выражения мнения не означает право распространять любые идеи в любой форме, не неся никаких последствий. Поправки, внесённые в 2013 году в статьи 147 и 148 Уголовного кодекса, устанавливают недопустимость оскорблений и клеветы независимо от платформы, на которой они распространяются. Кроме того, закон «Об информации, информатизации и защите информации» устанавливает строгие требования для пользователей.
Для повышения ответственности прежде всего необходимо развивать медиаграмотность и цифровую грамотность. Людей следует учить проверять источники и отличать факты от слухов, прежде чем делиться информацией. Социальные платформы также должны ответственнее подходить к прозрачному рассмотрению жалоб и противодействию фальшивым аккаунтам и скоординированным кампаниям по манипулированию общественным мнением.
— Как вы считаете, может ли саморегулирование в социальных сетях оправдать себя или для формирования чувства ответственности в обществе необходимы более строгие правовые нормы?
— Идея саморегулирования выглядит привлекательной, однако в международной практике я пока не встречал по-настоящему успешной модели этого инструмента. Хотя такие инициативы есть, результаты остаются скромными. Формированию ответственности могут способствовать нормы общественного поведения, чёткие правила платформ и общественное порицание, но саморегулирования не всегда достаточно. В частности, при серьёзном вмешательстве в честь и достоинство человека или его частную жизнь правовые механизмы должны действовать обязательно.
В заключение отмечу, что ответственную цифровую среду невозможно сформировать только с помощью правовых запретов или штрафов. Для этого медиаграмотность, этичное поведение, подотчётность платформ, эффективное саморегулирование и, в необходимых случаях, справедливая юридическая ответственность должны дополнять друг друга.
