OMM Redaksiyası
Малайзия начала репатриацию около 5 000 просителей убежища из Мьянмы в рамках спорного соглашения с руководителем военного режима страны Мин Аун Хлайном, сообщает BBC.
Три корабля военно-морских сил Мьянмы должны покинуть Малайзию с первой группой из 1 476 возвращаемых лиц. Правозащитные организации осудили этот шаг, предупредив, что направленные обратно люди могут столкнуться с насилием, преследованиями и принудительным набором в армию Мьянмы.
Малайзия заявляет, что возвращение является добровольным, однако Управлению Верховного комиссара ООН по делам беженцев запретили встречаться с этими людьми и проводить их проверку. Возвращаемые лица содержались в центрах временного содержания.
Среди подлежащих возвращению — беженцы-рохинджа
Премьер-министр Малайзии Анвар Ибрагим заявил, что в группу войдут беженцы-рохинджа — преследуемое мусульманское меньшинство, которое искало убежища в Малайзии после изгнания из Мьянмы, где рохинджа не признаются гражданами.
Анвар заявил, что пошёл на этот шаг в ответ на растущую враждебность общества к многочисленной общине рохинджа в Малайзии и что у него не было иного выбора, кроме как вести переговоры с властями Мьянмы об их возвращении.
Эта политика знаменует существенный поворот для Анвара — бывшего политического заключённого, который ранее позиционировал себя как защитник прав человека и призывал оказывать рохинджа более активную поддержку. При его руководстве Малайзия отказалась признавать режим Мин Аун Хлайна и стала одним из наиболее активных сторонников в Юго-Восточной Азии переговорного урегулирования гражданской войны в Мьянме.
Экономическое и политическое давление
Отношение общества к беженцам-рохинджа начало меняться во время пандемии COVID-19, когда экономические трудности усилили недовольство. В социальных сетях распространялись кампании, обвинявшие мигрантов-рохинджа в усугублении проблем в сфере общественного здравоохранения и социальной сфере; это вызвало призывы к их депортации.
Эта враждебность усилилась в 2026 году. В мае онлайн-жалоба о том, что рохинджа якобы неправильно утилизировали отходы животного происхождения после праздника Курбан, стала причиной вирусной кампании, в рамках которой ложно утверждалось, что лидеры рохинджа требуют предоставить им землю и гражданство Малайзии.
Последующая петиция на платформе Change.org с призывом выдворить рохинджа набрала более 400 000 подписей, прежде чем была удалена.
Анвар заявил, что с рохинджа следует обращаться гуманно, сказав в подкасте: «Мы можем арестовывать их, но не должны избивать, запугивать или унижать их». Однако правозащитные организации обвинили малайзийских чиновников в жестоком обращении с людьми в иммиграционных центрах временного содержания.
Он также настаивал на том, что рохинджа должны покинуть Малайзию, называя их «бременем для безопасности, экономическим бременем и источником враждебности среди населения».
Бывшие сторонники обвинили премьер-министра в отказе от своих принципов. Латифа Коя, ранее возглавлявшая Антикоррупционную комиссию Малайзии, назвала это решение «позорным, аморальным и унижающим достоинство страны в глазах международного сообщества».
Анвар вступил в должность в 2022 году после формирования коалиции с бывшими политическими противниками из Объединённой малайской национальной организации. С тех пор его популярность снизилась, а его партия потеряла места на недавних местных выборах. Очередные всеобщие выборы должны быть проведены не позднее начала 2028 года.
«Он загнан в угол и находится в наиболее уязвимом положении», — заявила Триша Йо, директор Азиатского института политики и взаимодействия при Малайзийском кампусе Ноттингемского университета.
По словам Йо, Анвар был вынужден пойти на уступки партнёрам по коалиции на фоне коррупционных скандалов и разногласий внутри его собственной партии. Она добавила, что этнические малайцы реагируют на давний политический нарратив о необходимости особой защиты со стороны государства, что усиливает страх и неприязнь к приезжим.
Неопределённость в отношении условий в Мьянме
Остаётся неясным, каким образом рохинджа могут быть безопасно возвращены в Мьянму, где они не признаются гражданами и сталкиваются с серьёзными ограничениями на передвижение и проживание.
Рохинджа разрешено проживать только в штате Ракхайн, граничащем с Бангладеш. Значительная часть штата контролируется Араканской армией и неоднократно подвергалась бомбардировкам со стороны военно-воздушных сил Мьянмы.
За день до репатриации Араканская армия заявила, что в результате падения двух бомб на рынок в Кьяуктау погибли 49 человек.
Единственным возможным местом назначения для возвращаемых, по всей видимости, является Ситтве — административный центр штата. Однако город находится в осаде и изолирован, а проживающие там рохинджа остаются в бедных лагерях, испытывающих острую нехватку продовольствия и медикаментов.
Правозащитники также опасаются, что мужчины среди возвращаемых могут быть насильно призваны в армию Мьянмы для участия в гражданской войне.
Ни Малайзия, ни Мьянма не объяснили, каким образом будут устранены эти препятствия и как репатриация может соответствовать гуманитарным принципам.
«Мы все мечтаем о том, чтобы однажды вернуться домой, но хотим вернуться потому, что там безопасно и мы сами сделали этот выбор, а не потому, что нас вынуждают», — заявил Нур Садек, выступающий за права беженцев-рохинджа.
«Для меня самое важное — чтобы рохинджа и другие беженцы, которых затронуло это решение, были услышаны и чтобы с ними обращались с достоинством».
